Джем-эксперимент: сквозь травму в искусство, сакральность и заново

На СБОРКЕ.практикум мы провели Джем-эксперимент. В начале джема рассказали участникам о четырех контекстах практики КИ: социальном, сакральном, художественном и терапевтическом, и предложили танцевать по очереди в каждом из них, а в конце джема самостоятельно выбирать какой-то один.

Контексты возникали исторически: КИ возникла из перформанса, поэтому художественный контекст — базовый.
Хотя чаще КИ знают в социальном контексте: КИ распространялась по миру как социальный танец. Танец, ценный доступностью и низким порогом входа.

Возникновение сакрального контекста вероятно связано с тем, что КИ возникла во времена хиппи и new age движения, где все практики с налетом сакральности.

Создатели КИ не зафиксировали определение, поэтому практика насыщалась контекстами практикующих. Это и дар, и проклятие. Это делает практику адаптивной к контекстам окружающего мира. С другой стороны, сложно понять критерии КИ. Сложно найти, легко потерять и невозможно забыть. Но это тема отдельного текста.

Терапевтический контекст также возник естественным образом. У КИ общие истоки с Body-Mind Сentering. Поэтому здесь начался естественный взаимный обмен.

Нас так вдохновила тема контекстов КИ, что один из выпусков подкаста КИдай посвящен её обсуждению.

Итак, примеры контекстов:

• Как только говорим о КИ, как о соединении с Большим, это сакральный контекст. Тогда я танцую не с Петей и Катей, а с божественным в них, с природой, которая выражается через них.

• Как только говорим об эстетике движений в КИ, о перформативности, красоте того, что мы показываем — художественный контекст.

• Как только интересуют вопросы “как войти в контакт, как выйти из него”, “как сказать да или нет”, как понимать партнера — социальный контекст.

• Как только в танце касаемся вопросов “как в движении прожить чувство” или “я танцую, и понимаю, что это также, как в отношениях с мамой” — терапевтический контекст.

Контекстов КИ гораздо больше, и определения каждого из них шире, их можно уточнять. Мы сформулировали эти четыре, чтобы попробовать на практике.

Такую инструкцию-описание получили участники СБОРКИ перед джемом. И 15 минут на каждый контекст практики.

Это был один из самых мощных джемов в моей жизни. Кажется, участники прошли стадии торга, отрицания, гнева, высмеивания. На шеринге после люди говорили, что было не всегда понятно, как танцевать в предложенном контексте. Участники ощущали искусственность поставленного перед ними выбора.

Задача танцевать в меняющихся контекстах увеличивает сложность. Особенно, если этот контекст, который не близок или даже бесит. Но тем и хороша задача-провокация, которая не дает танцевать среднее, рафинированное КИ, которая отвечает требованию “успешная КИ” и “успешный джем”. Встречаться с таким может быть больно.

Для меня и Саши Андрияшкина, как фасилитаторов этого джема, это был сильный момент — как честно быть в контексте, исследовать, не засмеивая, идти до конца?

Нет контекста, который мы бы считали лучше, правильнее других. Нашей целью было уточнение. Какие контексты практики подходят лично каждому участнику. Какие вызывают сопротивление и отрицание.
Если я преподаватель — какие контексты джема или класса я предлагаю?

Это еще одна возможность быть точнее, в том числе в пространстве джема.
Иногда чтобы идти в эту точность, приходится встречаться не только с приятными аспектами практики. И это тоже практика.